Всё было как всегда, то бишь привычно однообразно, разве что в рюкзаках ютилось непривычно большое количество тротиловых шашек, да стоял в сторонке, нервно переминаясь с ноги на ногу, вчерашний «гражданский» дядечка. Впрочем, этот дядечка (если приглядеться) был лет на десять моложе меня. Лицо широкоскулое, волосы русые, на правой щеке небольшая ямка, нос едва заметно искривлён, рост где-то метр восемьдесят, по фигуре — эдакий качок, слегка начавший обрастать жирком — и это плохо, могут быть проблемы с выносливостью. Хотя, надеюсь, всё пройдёт нормально, пойдём не спеша, так что, возможно, и ничего, выдержит. Одет он в немного странный зелёно-серый маскхалат — хотя, пожалуй, в чеченском лесу он будет самое то, сверху камуфлированная поясная разгрузка, из нагрудного кармашка торчит синяя «головка» джипиеса (раза в два меньше моего, с виду отличный приборчик), в руках обычный, правда, новенький АКС и пистолет в кобуре, я таких в живую ещё не видел, только на картинке. Если не ошибаюсь, ПЯ — 9-мм пистолет Ярыгина, говорят, хорошая машинка. В разгрузке магазины, гранаты, дымы, ракеты, одним словом, полный комплект. Небольшой рюкзачок возле ног. Он что, спальник не взял? Ночью дуба будет давать, да и хрен с ним, на смерть не замёрзнет. Думаете, я злой? Нет, вовсе нет, просто не люблю непонятных задач. И «данайцев», дары приносящих, тоже не люблю.

— Ефимов, ко мне! — Трясунов вышел на плац, окинул моё войско пристальным взглядом. Сейчас ещё чего-нить сказанёт. Нет, промолчал.

— Я, есть! — вяло «козырнул» я и неторопливым шагом направился к ожидающему меня комбату.

— Товарищ подполковник, старший прапорщик Ефимов, — ну и далее по тексту.