Среди нас были и старослужащие, которые пошли учиться летать. Остальные, как я и Рэй, так и пришли прямо с гражданки. И если по-честному, то Богу следовало поставить командиром роты парня поопытней. Но Бог, в лице сержанта Уэйна Мэлоуна, редко когда поступал по-честному. Моей первой официальной задачей, как командира роты, было провести роту в столовую, за четыре дома отсюда. Дело нехитрое. Смирно. Налево. Шагом марш. Стой. Пищу принять. Но сержант Мэлоун, его приятели и начальник класса создали препятствие. Они стояли прямо передо мной и орали на меня, а я пытался построить роту по стойке «смирно».

— Ну так что, кандидат? Идете в столовую, или нет? — рявкнул начальник класса, нос которого почти касался моего.

— Так точно, сэр. Если вы дадите дорогу, я…

— Что? — он ушам не поверил. — Дать тебе дорогу!

И к моему оппоненту тут же присоединились остальные:

— Кандидат, ты как со старшими разговариваешь?

— А ну быстро отвел эту ораву в столовую, пока не закрылась!

— Есть, сэр! — я едва слышал собственный голос. — Рота, смирно! — крикнул я, но из-за воплей сержантов и начальников никто не слышал моего голоса.

— Они тебя не слышат! — заорал начальник, дыша мне в лицо. Я попробовал еще раз. Опять никто не слышит. Я поднял руку вверх и опустил ее. Командир взвода крикнул:

— Смирно!

Сигналы жестами? Как только мои одноклассники стали по стойке смирно, несколько офицеров бросились к строю с криками:

— Кандидат, ты слышал команду «смирно»? А почему тогда встал «смирно»? А нет сигнала жестом для команды «смирно»! — и так далее. Постепенно они дали мне командовать, потому что столовая закрылась бы. Потом — бегом марш до столовой и подтягивания и отжимания снаружи. Внутри мы расселись на краешки стульев и ели вилками, поднимая их из тарелок вертикально и поднося ко рту под уставным углом.