Никита нетерпеливо скакал возле закрытой на массивный замок с тяжелым железным засовом двери. Если бы только у него хватило сил самому сдвинуть собачку он давно уже впустил бы гостя в дом, но пока об этом не приходилось даже мечтать, видно мало каши ел, слаб еще в коленках. А папа как назло еле идет, переваливая на каждом шагу из стороны в сторону тяжелый отвисающий вперед живот. "Ну быстрее, быстрее же!" — мысленно торопил его Никита вертясь перед дверью и не находя себе места от нетерпения.

Наконец папа все же добрался до входной двери и уже заранее расплываясь в радостной улыбке нажал на собачку замка отодвигая в сторону засов, а другой рукой распахивая настежь дверь. Сам он при этом предусмотрительно отошел в сторону. И вовремя потому что в следующую секунду в квартиру ворвался самый настоящий ураган. Вихрем мелькнули горящие золотом пуговицы со звездами, пускающая солнечные блики пряжка широкого офицерского ремня, погоны с одним просветом и форсистая фуражка с невероятно огромными полями. Никита подхваченный центробежной силой этого затянутого в серое шинельное сукно смерча радостно визжа от подступившей к горлу сладкой жути несколько раз взлетел к самому потолку, после чего был усажен прямо на мамину гордость, покрытую кружевной салфеткой полированную тумбочку для обуви.

А высокий статный офицер уже обнимался с отцом, облапив его крепкой медвежьей хваткой и гулко хлопая по спине огромными ладонями.

— Ну здоров, братишка, здоров… — кряхтел тяжело отдуваясь папа.

— Здоровей видал, на жопу не падал! — грохотал заразительным смехом офицер.

— Нет такого слова «жопа», дядя Витя! — силясь вновь обратить на себя внимание, наставительно пискнул в полном упоении болтающий ногами на тумбочке Никита.

— Как так нет? Жопа есть, а слова нет? — всплеснув руками удивился офицер, задорно ему подмигивая.

— Но-но, братишка, не развращай мне единственного отпрыска, — шутливо погрозил пальцем офицеру отец.