Игра Стефы была поистине вдохновенна. Прохор тихонько сидел в уголке и блестящими глазами следил за тонкой рукой, водившей смычком. Когда мелодия оборвалась, Прохор вскочил, подбежал к скрипачке и порывисто протянул руки. Все мы сделали вид, что очень заняты своими разговорами. В дверях горницы показался начальник штаба армии, рядом с ним шёл старенький сутулый человек с круглой бородкой, в старых железных очках. Проходя мимо Стефы, он как бы невзначай бросил:

— Ты готова?

— Да, — не оборачиваясь, ответила она.

— Пора, — так же коротко бросил «человек в очках» и вышел следом за начальником штаба.

— Куда? Куда пора? — удивлённо спросил Прохор.

— Обратно, — сказала Стефа.

— Я ничего не понимаю! — В голосе Прохора послышалось беспокойство: — Куда обратно, зачем?

— В тыл к немцам, — просто ответила Стефа. — Надо работать. Каждый должен бить врага чем может: ты самолётом, я — скрипкой.

— Скрипкой… скрипкой, — машинально повторил Прохор. Он схватил её маленькие руки своими огромными тяжёлыми лапищами и крепко-крепко сжал, — Этой самой чудесной скрипкой?

Она молча кивнула. Он ответил ей таким же кивком и выпустил её руки.