- Чем мы заслужили такую честь? - пробасил Купец, тоже делая какой-то мушкетерский жест.

- Ладно, бросьте трепаться, - сказала пионерка. Она была чуть постарше и чуть повыше своих спутников. - Мы пришли по делу, - сказала она. - Только к вам очень трудно попасть. Стоим уж минут сорок.

- У вас все равно как... - начал один из пионеров, самый маленький, с белобрысым хохолком.

Но девчонка так ловко и так сильно пырнула его в бок, что он ёкнул и осекся. Мы поняли, о чем хотел сказать белобрысый: будто у нас как в тюрьме.

- Да, вы правы, сэр, - повернулся к нему Янкель. - К нам попасть нелегко. У нас привилегированное закрытое учебное заведение. Вроде Кембриджа или Оксфорда. Слыхали о таких?

- Ребята, мы к вам не шутки шутить пришли, а по делу, - сердито сказала девчонка. - Вы можете говорить по-человечески?

- О миледи, сделайте одолжение! - воскликнул Янкель.

- Тогда слушайте! Мы хотим взять над вами шефство и помочь вам организовать в вашем интернате пионерскую дружину.

Трепливое настроение сразу оставило шкидцев.

- Шефство? - переспросил Янкель, поскребывая в затылке. - Гм. Да. Это интересно. Но, между прочим, у нас уже есть шефы - Торговый порт.

- Да? А пионеры? Почему же вам шефы не помогли организовать пионерскую дружину? Мы лично вам с удовольствием поможем.

Что мы могли сказать этой девчонке? Что мы не имеем права состоять в детской политической организации? Что мы - малолетние преступники? Что у нас детдом с полутюремным режимом?

И тут нас выручил Мамочка. Вообще-то он, конечно, совершил преступление. Он нарушил или вот-вот готов был нарушить клятву.

- Спасибо, цыпочка! - пропищал он, игриво подмигивая пионерке своим единственным глазом. - Спасибо... У нас уже есть.

Шкидцы похолодели. Все взгляды устремились на Мамочку.

- Что у вас есть? - не поняла пионерка.

- Что надо, то и есть, - так же кокетливо ответил Мамочка.