Молча, с подчеркнутой важностью он разместил свой «букет» в алюминиевом бидоне, выбрал ветви с крупными и спелыми ягодами, понюхал их и, заметив как бы между прочим: «Интересно, каковы они на вкус?» — бросил несколько ягод в рот.

Нет, это не показалось девочкам: Чогур стоял, подняв глаза к потолку, и жевал… Жевал ядовитые ягоды!

Девочки оторопели. Секунду они смотрели на Мишу широко раскрытыми глазами, потом одновременно бросились с двух сторон на Чогура с громкими криками: «Яд! Отрава! Выплюни!». Лида поймала его за руку и стала трясти, пытаясь вырвать ветки. Женя принялась колотить Мишу по шее, стараясь выбить ягоды изо рта.

Растерявшийся вначале от этой неожиданной атаки,

Миша живо пришел в себя, ловко выскользнул из рук девочек и, убежав на другую сторону комнаты, загородился стульями.

— В чем дело? — спросил он сердито и стал кашлять от попавшей в дыхательное горло ягоды.

— Жимолость ядовита! — крикнула Лида. Поспешно разбив сырое яйцо, она стала переливать его в чашку. Женя выбросила на стол всё содержимое своей санитарной сумки и, найдя какие-то таблетки, со стаканом воды подбежала к Мише:

— Глотай! Немедленно!

Только сейчас понял Миша, что произошло. Он посмотрел на девочек с чувством глубокого сожаления и, отстраняя протянутые руки, сказал:

— Девочки, вы — невежды! Это камчатская жимолость. Ее ягоды вполне можно есть. Ну кто бы, скажите пожалуйста, посадил на школьном дворе ядовитое дерево? Прошу вас, — сказал он уже примиряющим тоном, тронутый их искренним волнением и заботой, — попробуйте! — и он протянул девочкам ветку с ягодами. Но подруги наотрез отказались.

— Значит, вы не верите в науку? — с иронией спросил Миша.

— Ну-ну, осторожней, — сказала Женя, недоверчиво разглядывая листики жимолости. — Знаешь, Лидочка, они и в самом деле не похожи…

Она положила одну ягоду в рот, вопросительно глядя на Чогура, раскусила ее, но сразу же выплюнула.