Схема у Геккеля вышла что надо. Проблема возникла лишь с мостиком от обезьяны к человеку. В этом месте Геккелю было необходимо некое промежуточное звено, полуобезьяна-получеловек. Однако никакого мостика он не обнаружил и просто оставил одну клеточку незаполненной.
Чтобы будущим открывателям недостающего звена не мучить голову, Геккель заранее дал ему имя. Неведомое создание он обозначил греческим словом «питекантроп», что означает – обезьяночеловек. Родиной питекантропа Геккель предложил считать Лемурию – райский континент, затонувший в Индийском океане, как Атлантида затонула в Атлантическом.
5
Белое пятно, дырка на схеме, раздражало ученых. Ведущие умы Европы призывали: «Пора взяться за лопаты и перестать фантазировать!»
Антропологи взялись и перестали. Раскопки одну за другой опровергли все ступени эволюции, предложенные Геккелем. Зато вроде бы отыскался питекантроп.
На жарком острове Ява, бывшем в ту пору голландской колонией, проходил службу в колониальных войсках молодой врач Эжен Дюбуа. С санкции армейского начальства он пробовал исследовать пещеры и проводить раскопки. Именно он в 1891—1892 годах подарил миру первые кости обезьяночеловека.
Дюбуа удалось откопать затылочную часть черепа (судя по форме – поменьше, чем у человека) и обезьяний зуб мудрости, а рядом – вполне человеческую голень со следами крокодильих укусов. Сочетание примитивной головы и вполне приличных конечностей считалось доказательством переходного статуса яванца. То есть он мог считаться чуть-чуть обезьяной (маленькая голова) и чуть-чуть человеком (длинные ноги).