— Как вы ее назвали? «Thatra»? Я гонюсь за вами вот уже 10 минут. Отстал на один светофор. — Затем в шуме разъезжающегося потока машин водитель кричит нам вслед:

— Подождите меня у следующего…

Еще через два квартала мы вместе с едущим за нами «линкольном» свернули к гостинице. Останавливаемся на прилегающей улице, чтобы расспросить у «линкольна», что творится у него на душе.

— Бежит же она у вас, черт возьми! Отрывается! Не мог за вами угнаться! Откуда вы приехали?

— Из Чехословакии. Через Францию, Марокко…

— А как через пустыню?

— Из Каира на юг, через Нубийскую пустыню в Судан, Эфиопию…

— Неужели? Вот на этой машине?

«Линкольн» подвертывает брюки и на животе лезет под «татру».

— Goddam! Где же такие делают? В Чехословакии? В Иоганнесбурге из-за вас застопорится движение. Хотел бы я посмотреть на вас в Кейптауне. Такого там еще не видывали. Мотор сзади!

Через минуту вокруг машины уже теснилась толпа. Вопросы так и сыпались на нас.

А спереди у вас второй мотор? Это гоночная машина? Амфибия? Поднимаем передний капот. Бурный смех.

— Колеса! Look at that!

Глава XXXVI

«МАЛАЯ АМЕРИКА»

Шоссе между Преторией и Иоганнесбургом — бесспорно самое оживленное в Южно-Африканском Союзе и лучше остальных оснащено дорожными знаками.

Уже в предместье Претории мы включились в поток машин. Быстро проезжаем мимо табличек, указывающих максимально допустимую скорость для отдельных коротких отрезков пути.

«30» — лаконично гласит первая надпись, составленная из белых призматических стекол и обрамленная красным кругом. А через 100 метров такая же табличка еще раз напоминает о том, что здесь нельзя превысить скорость 30 миль в час.