Сейчас тихо в бухте Песчаной, ветер метет поземку по золотистому пляжу и едва шевелит ветви заснеженных сосен и лиственниц. А в небольшом заливе за мысом Большой Колокольный слышится тихий говор, и по всему заливу видны склонившиеся над лунками недвижные фигуры рыбаков. На берегу притонула в снегах небольшая зимовьюшка, и синий дымок, путаясь в ветвях деревьев, всплывает к небу.

С середины марта заметно теплеет, наступает время шелонников, которые сквозь провалы и ущелья Хамар-Дабанского хребта приносят на Байкал запах далеких монгольских степей. Ласковый, теплый шелонник дует с юга и юго-востока, дует мягко, без резких порывов, и в воздухе от него сразу теплеет.

Первая половина марта — самый разгар рыбацких страстей. Еще цепко держится почерневший лед моря, и в холоде ночей слышится устойчивое дыхание мороза. Но с каждым днем все круче заходит к полудню солнце, и, горбясь, оплывают сосульками торосы. На южных склонах сопок оползают ослабшие пласты снега, обнажая порыжелую, дымящуюся в лучах солнца землю.

В теплые мартовские дни подходят к берегам косяки хариуса. Подледный лов на Байкале мало чем отличается от зимней рыбалки где-нибудь в Подмосковье или на Валдае. Есть только некоторые особенности. Лунку долбят пешней — кованным на конус четырехгранником весом в добрых полпуда, насаженным на полутораметровое древко. Таким орудием с непривычки не очень-то размахаешься. А в поисках рыбацкой доли продолбишь не один десяток лунок в метровом льду, прежде чем наткнешься на заветную. На ночь лунку «бормашат» — прикармливают рыбу бормашем, рачком-бокоплавом, которого добывают сачками из-подо льда на мелких озерцах и болотцах близ Байкала. Этот бормаш служит и наживкой. В редких случаях для наживки применяют искусственного червя или мушку, скрученную из цветной шерсти.