Чтобы представить себе, что такое Кирибати, вообразите, что североамериканский континент исчез под огромной толщей голубого океана и остался лишь Балтимор. Теперь поделите оставшийся кусок на тридцать три части, киньте одну из них туда, где был Мэн, другую – где была Калифорния, а остальные части Балтимора раскидайте произвольно, но так, чтобы 32/33 балтиморцев никогда больше не смогли прийти на матч своей родной бейсбольной команды. Теперь отнимите у них электричество, водопровод, канализацию, телевизоры, рестораны, дома выше одного этажа и самолеты (за исключением двух древних как мир парапланов, которые периодически ремонтируются людьми, не знающими слова «ремонт»). Замените дома тростниковыми лачугами. Выровняйте землю таким образом, чтобы ее высота в любой точке составляла два фута над уровнем моря. Растопите полярные льды и еще немного затопите острова. Добавьте пальмы. Присыпьте всю эту красоту бациллами гепатита А, В и С. Подмешайте сюда лихорадку денге и кишечных паразитов. А теперь уберите докторов. Отрежьте все возможные способы связи с миром и выставьте жариться на солнце при температуре сто градусов по Фаренгейту

Разумеется, до приезда в Кирибати я этого не знал. Несмотря на все предупреждения («Представь себе вонючую, заваленную мусором полоску песка, а вокруг – на тысячи, десятки тысяч миль ничего, абсолютно ничего», – описывал остров один из побывавших на нем), я почему-то был уверен, что Тарава окажется тем самым тропическим раем, где местные жители добры и полны благородства, а природа, располагающая к расслаблению, вдохновляет на творческие подвиги. Я думал так, потому что у меня не было сведений, от которых можно было бы оттолкнуться. А когда я ничего не знаю, то обычно становлюсь излишне оптимистичным. Увы, провести хотя бы минимальное исследование такого места, как Кирибати, просто невозможно. По какой-то причине туда никто не ездит. Даже Пол Теру