— Какой уж там ажур! — с раздражением сказала Александра.

— А ты постарайся, ребятишек кликни, девчат, — настаивал Ефим. — Да вот ещё что. Надо тебе на отчётно-выборном собрании с критикой Калугина выступить. Так, мол, и так — запустили ферму руководители, поросят разбазарили. А я тебя поддержу, тоже словечко молвлю.

Александра усмехнулась:

— Ты что же, Ефим, хочешь сухим из воды выйти? Я, мол, не хозяин над фермой, знать ничего не знаю.

— Всем головы сносить всё равно не будут. Кому-то и оставят. А нам с тобой с новым председателем ещё работать придётся — вот и надо с ним поладить. — И Ефим обратился к вошедшему Гошке: — Почитал бы я, какие у тебя там фактики записаны. А потом бы для пользы дела начальству всё и высказал…

Гошка с недоумением покосился на мать: с чего это дядя так заговорил?

Александра молчала.

— Конечно, если секреты какие, тогда не настаиваю, — заметил Ефим.

— Никаких секретов, — сказал Гошка и, достав из портфеля дневник, протянул дяде. — Возьмите, если нужно…

Заметив, что брат собирается уходить, Александра вновь завела разговор о кормах.

— Да, задачка, — почесал в затылке Ефим. — Я уж председателю все уши прожужжал: поросята, мол, с голодухи скоро клетки грызть будут. А запасов в колхозе никаких, хоть у соседей побирайся…

— На Малой Гриве сено должно быть, — напомнила Александра. — Ещё летом там стог сена сметали.

Ефим замялся:

— Да его уже давно вывезли, коровам скормили.

— А всё же посмотреть надо, Ефим, может, где забытое какое лежит…

— Ладно, поищем, — согласился Кузяев. — Я вот Митьке поручу. Пусть пошукает по округе.

— Зачем же Мите одному искать? — сказала Александра. — Пусть Гошку с Никиткой прихватит. Втроём-то они больше увидят…

Вернувшись домой, Ефим дал наказ сыну, рослому ушастому пареньку, отправляться искать сено.