— Шестьсот шекелей, — произнес он. — Дешево.

— Для вас, может, и дешево, а для меня дорого. Это почти сто фунтов.

— Что вы хотите сказать? — воскликнул Али Баба. — Эта карта может привести к сокровищам, размер которых вы даже представить не можете. Она хранилась в моей семье шесть поколений. Будь жив мой отец, он перерезал бы мне горло. А моя мать, наверное, перевернулась в гробу. Я слышу, как мои предки проклинают меня!

— А почему вы сами никогда не пробовали найти копи царя Соломона?

— Ха! — с горечью произнес торговец. — Разве я могу бросить свой бизнес?

— Тогда почему вы все-таки продали карту и почему именно мне?

— Вы выглядите благородным человеком, — ответил Али-Баба, распахивая передо мной дверь.

Я поблагодарил его за комплимент.

— Вы также мудры — это я вижу, — добавил хозяин лавки, когда я уже вышел на улицу. — Поэтому повесьте карту на стену и оставьте ее там.

В любом уголке мира торговцы умудрялись сбыть мне свой самый подозрительный товар. Большинство туристов инстинктивно сторонятся таких предметов, но я ничего не могу с собой поделать. У меня непреодолимая тяга к сувенирам сомнительной ценности. Мой дом буквально набит бесполезным хламом, привезенным из сотен поездок. Среди них есть разрисованная челюсть ленивца с Верхней Амазонки, набор стеклянных глаз из Праги, а также сломанный бумеранг, купленный на базаре в Марокко и якобы принадлежавший Джиму Моррисону. У меня имеется африканская чаша для прорицаний, сделанная из ребер кита, кусочек ткани от одежды воина Айну, талисман из человеческих волос из Саравака и меч палача из Судана.

Но карта Али-Бабы отличалась от них. Увидев ее, я сразу понял, какие передо мной открываются необыкновенные возможности. На карте не было обозначено ни названий, ни координат, но она являла собой первый этап нового путешествия. Такие нити попадаются крайне редко, и за них нужно хвататься обеими руками.