Толя попрощался на восьми языках и ушел стремительно.

- Самая умная собака - пудель, - сказал Яшка Кошкин. - Наш пудель сам себе имя выбрал - Барбос. Папа разложил перед ним таблички с именами, он и выбрал. Думали, по ошибке, а он, хоть сто раз таблички раскладывай, выберет - "Барбос".

В следующую среду пришел парень с гитарой. Жуя резинку.

- Здорово, ежики. Меня Лора прислала... Короче, я ваш маэстро Гоша. Организуем группу "Анизотропы". Слышишь, - Гоша подмигнул красавице Лиде Мякишевой. - По глазам вижу - на фоно бренчишь. Организуй ежиков. Проверь на слух, на ритмику, на внешний вид. "Анизотропы" - секешь? Чтобы волосы дыбом и уши зеленые. А сейчас, приготовились. Тихо... Пою! - Гоша немножечко поплясал и запел:

Однажды мама пони

Шепнула папе пони:

"Смотаемся в Японию..."

Папа заржал...

- Ржем дружно. Па-па заржа-ал... Ну, кто же так ржет? Ржать надо с восторгом. Повторяем - "Па-па заржа-ал..."

На этот раз третий "А" Гошу порадовал. Гоша воскликнул:

- Атас! Директор в коридоре. Лора мне говорила, что вы сильны, но вы сильнее.

В следующую среду в дверь просунулся парень с оранжевым спортивным мешком в руках.

- Третий "А"? - спросил он. - Как у вас с боксом?

- Завал! - закричал третий "А", предчувствуя радость.

- Наладим. Я от Лоры. Тоник я. Антоний. Имя древнее. - На верхней губе Антония золотились усы. Нос с горбинкой. Брови, как птица в полете, орел.

Тоник обвел третий "А" взглядом, вынул из сумки две пары боксерских перчаток - Ковалеву Пете и Яшке Кошкину.

- Вы, двое, к доске. Держите нервы. Глубоко вздохнули. Бокс!

А к учительскому столу приближался аспирант-практикант Павел Васильевич Вяземский.

На нем все было новое: и очки, и галстук, и полуботинки.

- Что тут, собственно, происходит? - спросил он.

Тоник ответил:

- Меня Лора прислала. Видите ли, бокс вобрал в себя лучшие стороны рыцарства, плюс гармонию и атлетику.