— Глядите! — вскричал Кук. — Нас со всех сторон окружает вода. Мы на острове! Где же ваш Южный материк?

Бэнкс обвел горизонт пристальным взором. И вдруг на юге, за узкой полоской воды, он увидел покрытые снегом горные пики.

— Да, мы на острове, — сказал он, — но этот остров только с трех сторон окружен океаном. С четвертой стороны — узкий пролив. А за проливом — Южный материк.

Кук подумал, что Бэнкс, может быть, и прав.

Что, если этот остров находится на таком же расстоянии от Южного материка, как Англия от Европы?

На корабле рассказ Бэнкса о том, что они с горы видели пролив, за которым лежит какая-то большая гористая страна, переполошил всех. В том, что это Южный материк, никто не сомневался. И Кук почувствовал, что он тоже заражается этой общей верой.

«Усердие» на всех парусах понеслось к югу. 8 февраля 1770 года оно вошло в пролив. Кук предложил назвать его проливом Бэнкса.

— Бэнкс первый заметил его с горы, — говорил он.

Но Бэнкс наотрез отказался. Он хотел, чтобы пролив был назван проливом Кука, а так как к этому требованию присоединилась вся команда, то Куку пришлось согласиться.

Берега пролива Кука были густо заселены. Новозеландцы, завидев корабль, собирались толпами и швыряли в воду тучи копий и камней.

Но Кук не останавливался. Пройдя пролив и снова попав в океан, он повернул на юг и пошел вдоль восточного берега этой неведомой земли.

Ветер дул попутный, и корабль мчался на всех парусах. Жителей не было видно. Эта страна казалась еще мрачнее, чем тот остров, который мореплаватели обошли кругом. Исполинские горы загромождали ее и подходили к самому побережью. Долин не было — узкие ущелья отделяли одну гору от другой. Склоны гор покрывал темно-зеленый пушок — это были дремучие леса, — а на вершинах сверкали снега.