Так было несколько веков назад, в те романтические времена, когда чуть ли не каждый корабль, отправлявшийся в южные моря, наталкивался на неизвестную землю.

Даже сердце подпрыгивало в груди от этой воображаемой картины. Хотя, честно говоря, я нисколько не сожалел о том, что вместо зловещих кустарников на берегу находился благоустроенный причал, равно как и о том, что первый же встречный папуас не насадил меня на копье. Но впечатление он производил изрядное: голый по пояс, босой, толстый и очень важный, он шествовал нам навстречу с портфелем в руке. Видимо, должностное лицо не из последних. По каким-то неуловимым признакам мы решили, что он все-таки не губернатор, и не вручили ему наши верительные грамоты.

Тут же под навесом шла торговля. Десятка два папуасов сидели на подстилках, рекламируя свой товар. У меня остановилось дыхание: продавались воистину бесценные вещи! Такие я видел только в музеях и на фотографиях в книгах известных путешественников: ритуальные маски, статуэтки, вырезанные из красного дерева акулы и птицы… Я осторожно оглянулся, ожидая, что сейчас начнется свалка и эти сокровища придется добывать в острой конкурентной борьбе, но с удивлением обнаружил, что мои спутники равнодушно проходят мимо.

– Олег Ананьевич, Юрий Прокопьевич… – тихо позвал я и молча указал на лежащие у наших ног сокровища.

– Но ведь здесь нет ни одной раковины, – удивился Олег Ананьевич.

– А маски, статуэтки, акулы…

– Еще сто раз увидите. Пошли на рынок.

На всякий случай я купил за доллар одну уникальную маску (примерно II– III век нашей эры – в таких вещах я никогда не ошибаюсь), и мы отправились на рынок.

Рабаул – очаровательный городок из одной-двух улиц, опоясывающих бухту. Утопают