Собственно говоря, этот фокус проделывается не только с пространством, но и со временем тоже: тысячелетие дикости может занять в учебнике истории две страницы, а столетие, полное культурных и политических событий,-несколько глав.

Когда переезжаешь на пароме из Голландии в Англию, пейзаж резко меняется. Во-первых, убеждаешься, что отвесные меловые скалы, из-за которых Англия названа Альбионом, и в самом деле существуют. Во-вторых, земля перестает быть плоской-она изгибается, холмится, дробится множеством планов, завлекая очарованный глаз все глубже и глубже, томя невозможностью проникнуть за ту излучину, за тот склон. Сразу вспоминаешь английские пейзажные парки, знакомые в основном по Павловску, Гатчине и другим пышным придворным местам, меланхоличные, делающие вид, что все вокруг совершенно естественно, совершенно само собой, что вовсе не рука расчетливого садовника разбросала тут и там эти небрежные группы деревьев, насадила кусты у ручья, насыпала на холме горстку благородных руин.

Все это мелькает в мозгу не зря-очень скоро выясняется, что и пейзаж за окном поезда тоже в достаточной степени рукотворный, что кто-то-очевидно, владельцы этих земель - из столетия в столетие заботился, как будут смотреться эти поляны с дубами посередине и пруды с группой "нечаянных" ив. Кстати, дуб в Англии срубить нельзя, где бы он ни стоял,-это запрещено законом. Да и вообще дерево-дело небыстрое, значит, все эти пейзажи пропитаны так или иначе одной мыслью - о том, что будет не сейчас, а потом, через много лет; мыслью, согласитесь, для нас довольно непривычной...

А они, видимо, думают об этом постоянно-на наш взгляд, это, наверное, просто навязчивая идея. Вот, например, захотели вы половить рыбу-чего, казалось бы, проще? Не тут-то было, надо пойти к кому следует и взять билет. Или талон. Да к тому же во многих местах разовые талоны теперь не выдают, только абонементы на все лето - и хозяевам удобнее, и случайных людей меньше.