Поначалу местные жители встречали Тамалин с осторожностью и подозрением, но вскоре стали принимать как свою. Оказалось, они вовсе не ненавидят всех американцев и видят разницу между людьми и их правительством. Дружелюбие, непредвзятость, музыка и танец – этот язык понимают все. Сближает и готовность попробовать местные кушанья.

Рассказ Тамалин о пережитом интересен, полон человеческого тепла и объективен. Я была в Иордании и в оазисе Сива, но 1960-е – это совсем другое время. Судя по ее повествованию, оба места во многом изменились. Я пока не ездила в Индонезию, на Занзибар и в Китай и раньше никогда не планировала отправиться туда. Однако теперь благодаря Тамалин и описаниям ее приключений мне очень хочется посетить все эти страны.

Тамалин повествует о том, как небывалые разрушения в ходе последнего цунами привели к прекращению давней войны в Банда-Ачех

Случайно услышанная в Сиве песня заставила Тамалин изменить маршрут и отправиться на Занзибар, куда она первоначально не собиралась ехать. Чужаку на Занзибаре непросто, но с помощью одного милого юноши с печальной судьбой Тамалин нашла тех самых музыкантов и певцов, чья музыка привела ее на остров. Почти чудом ей удалось договориться с ними и сделать запись, которая впоследствии откроет всему миру творчество этих уникальных и малоизвестных исполнителей в жанре таараб.

Улучшение политического и экономического климата позволило Тамалин попасть не просто в Китай, а в самую его глубинку – Синьцзян-Уйгурский автономный район (хотя она и лишилась одного из своих чемоданов – одна лишь эта история заслуживает целой книги). Прежде иностранцам был закрыт доступ в регион, где продолжали исповедовать ислам, невзирая на Мао, Культурную революцию и туристический бум, последовавший за политикой открытого рынка.