— О, нет, не стоит благодарностей. Отлучусь на минуту… Нет, честно. Не стоит! — И Фил исчез в баре, оставив меня с блаженно улыбающимся Чарли, который покачивался из стороны в сторону и несколько раз выдавил из себя: «Просто охренительно».

Что уж точно не было «просто охренительным», так это мое состояние — как физическое, так и душевное, — когда я на следующее утро наконец-то повстречался со своими друзьями за поздним завтраком в увенчанном листвой заведении под названием «Зеленое местечко». Плотный завтрак — если верить знатокам, панацея от всех алкогольных напастей — взирал на меня с тарелки, которую передо мной поставили в этом стильном бистро, весьма хмуро; оглушительно грохочущая музыка также отнюдь не ободряла.

Чарли, которому все казалось великолепным — видимо, он еще не до конца протрезвел, — был до отвращения бодр.

— Что, Уилл, не хочешь сосисок?

Ответить я не мог и потому лишь безразлично взирал, как он берет сосиску с моей тарелки и заглатывает ее целиком.

Фил, очистив свою тарелку, довольно причмокнул и глотнул темного пива из бутылки — атрибут, являвшийся, по моим наблюдениям, едва ли не неизменным.

— Ну что, друзья, вам пора бы уже двинуть в аэропорт, — живо объявил он, осушив бутылку.

Чарли и Грейси отбывали тем утром в Австралию, куда собирались заехать по дороге к себе на острова. Испытывай Чарли хоть часть страданий, выпавших на мою долю, — весь этот кошмар я описать не в силах, — путешествие наверняка показалось бы ему ужаснейшей перспективой, однако он без малейшей жалобы поднялся и собрал бесчисленные сумки и то, что представляла собой Грейси. Хотя меня и переполняло облегчение, что самому мне не надо сию минуту отправляться в долгий путь, я все-таки ощутил легкую панику, подумав о своем собственном будущем. Возможный визит в бюро путешествий для заказа обратного билета в Лондон будет предпринят, осознал я вдруг, и на сердце у меня стало тяжело.