— Азад, сейчас все откроется! Они поймут, что я безголосое ничтожество. Все пропало.

— Что ты говоришь! Ты великий певец. Тебя знает весь мир!

— Вы можете не орать? — возмутилась Алиса. — Почему я должна слушать ваши скандалы?

Парочка уставилась на нее, а тот, что собирался прыгать, мгновенно приобщил ее к спору:

— Отлично, Азад! Если я великий, спроси у нее, кто я такой. И посмотрим, что она скажет.

— Да как она может не узнать гениального тенора Абига Тер-Асатурова? — Азад начал подмигивать Алисе так, будто в его глаза залетели тучные мошки.

— Извините, но мне не знакомо это имя, — честно призналась Алиса.

— Вот правда жизни! — пал духом Абиг. — Моя слава — это твоя работа, Азад. Ты великий пиарщик, а я ноль, — Абиг держался одной рукой за балкон, а другой в отчаянии закрыл глаза.

— И ты веришь какой-то маленькой необразованной девочке? — завизжал Азад.

— Нет, это глас истины. Это… — Абиг отвел ладонь от глаз и вытаращился на Алису, стоявшую на балконе в халатике и с полотенцем на мокрых волосах в виде тюрбана. — Азад! Это же муза! Муза! Концерт спасен, — запел Абиг. — Зови ее сюда.

— Если вам нужна девочка на ночь, обратитесь к портье — он найдет, — Алиса хлопнула балконной дверью, но через минуту была вынуждена вернуться из-за невыносимых стонов парочки.

Азад стоял на коленях и выглядел весьма забавно — над поручнями балкона виднелись только гигантский нос, выпученные глаза и лысина.

— Нам не нужна девочка — нам нужна муза, — взывал Азад.

— В первом ряду муза, — уточнил Абиг.

— В первом ряду не получится — там датская принцесса со свитой.

— Принцесса наверняка страшна, как фальцет азербайджанца, — разозлился Абиг. — И плевать я хотел на них! Они не достойны даже моего мизинца.