— Даже и не думай. Ну и что с того, что мы похожи? Меня же вычислят прямо у ваших ворот! Они там всю электронику заворачивают обратно — хоть компьютер, хоть калькулятор. Чтобы у детей мозги не засохли. Было бы чему сохнуть... — добавил я малость ехидства, чтобы не задирал нос.

— Ладно, ладно, умный слишком... А жаль, такая хорошая идея была... — натягивая брюки, бурчал Денис. — Мам, а носки где?! — закричал он, даже не подумав сперва поискать.

— Где всегда, в ящике, в нижнем. Ящик в шкафу. Шкаф на полу. Пол в... — спокойный мамин голос насмешливо звучал из кухни.

— Нашел, нашел... Все надо мной смеются... Ладно, ладно... — Денис запрыгал по комнате, сшибая на ходу легкую пластиковую мебель. Белоснежный носок извивался в его руках, как живая форель. Справившись с одним, мальчишка упал на кровать, переводя дух.

Я спокойно стоял у окна, разглядывая изумрудную зелень в палисаднике. С Денисом каждое утро сплошные приключения — то учебники вовремя не сложит; то одежду разбросает куда ни попадя; то вообще прикинется «умирающим лебедем»

— Уфф, наконец-то... — послышалось за спиной.

Я обернулся. Посреди комнаты стоял образец школьника 2111 года. Выглаженный синий костюм с четырьмя блестящими рядами пуговиц; узкий фиолетовый галстук; сиреневые полупрозрачные туфли из полуэстра.

Картинка...

Никто бы не узнал в этом прилежном мальчике встрепанное безалаберное существо двенадцати с половиной лет. Кроме родной матери, отца, ну и, конечно, меня.

Денис чинно проследовал в столовую, тщательно минуя ванную комнату. Я сделал вид, что не заметил. И то, взрослый парень, сам пусть решает, когда надо умываться, а когда и так сойдет.

На столе дымилась тарелка с омлетом. Стакан апельсинового сока покрылся капельками влаги.

— Садись, горе мое... — мама сложила руки на груди и с легкой улыбкой стала наблюдать за чадом.