Пасмурность с дождем и туманы заставляли нас брать разные курсы от окружавших беспрестанно льдин. 23 числа в 9 часов утра туман прочистился, и мы, увидели себя тесно окруженными льдом, который от сильного течения быстро несся от SSW; с великою трудностью искали мы выхода из оного; неприятные толчки его повредили несколько обшивку на правой стороне и после полуторачасовой борьбы, наконец выбились мы из сей замерзлой чаши и поворотили на SWtS. Теплота была 2°, высота барометра 29°8′; счислимая широта 70°22′45'', долгота 52°49′. В следующий день ветер становился свежее, а 25 к ночи при 1/2° теплоты из крепких и порывистых шквалов сделался шторм. Закрепив грот-марсель, мы держались под штормовыми стакселями; в 4 часа ветер стал смягчаться, в полдень теплота возвысилась до 1 1/2°, высота барометра 29 д. 9 л., счислимая широта 70°2′44″, долгота 51°25′. После продолжительного и переменного крепкого ветра должно ожидать, что стоявший у берегов лед разбило, почему, в надежде совершить желаемый доступ к южной оконечности Новой Земли, направил я спой курс к оной, решившись даже остановиться на якорь в каком либо удобном заливе, в том случае, ежели Вайгатский пролив не допустит к южной её оконечности, по которой удобнее бы можно было узнать положение берега и начать опись оного.

Но наступающее позднее время плавания при чувствительно уменьшающейся уже теплоте атмосферы, оставшееся малое количество воды, которую с трудом доставали из трюма по причине уложенной на бочках избы, и желание не опоздать к Маточному шару, заставляли невольно уступить упрямству здешнего сурового климата.

26 числа при W ветре увидели впереди курса в пасмурности берег. Подошед к нему, 27 в половине 4 часа и осмотрев оный, увидели, что находимся у Майгол-шара, почему, пользуясь ветром, спешил я к летнему или южному мысу Новой Земли.