Увы, Игорь, не ходивший с нами по Двине и поэтому слегка подзабывший прелесть пятикилометровых таежно-болотных волоков, преодолеваемых без разборки байдарок и потери снаряжения за четыре оставшихся до темноты часа, изначально придерживался другого мнения. То есть он конечно согласился со мной, что еще один-два человека (кроме твердо настроенных ехать нас, их и Лени Янина) нам в этом походе не помешают, но сделал это только из вежливости.

Поскольку я впервые в жизни столкнулся со столь вежливым человеком (все-таки Помощник Депутата Госдумы, Однако), то принял его слова за чистую монету и действительно начал искать еще одного дурака, который согласится не только провести с нами две недели по колено в воде среди комаров на болоте, но и заплатить немаленькую, по меркам госбюджетного институтского оклада, сумму за билеты. В глубине души Игорь настолько не сомневался, что сделать это в такой дождь будет абсолютно невозможно, что когда я поздно вечером позвонил ему и сказал, что нужны еще два билета для пары Миш (Иванова и Иванова), он даже не сразу понял, в чем дело. И лишь в середине ночи ответный звонок взбудоражил наш дом. Только чтобы не испортить не приспособленную к принятым в парламенте выпадам подслушивающую аппаратуру (государственный человек, все-таки, однако), Игорь старался придерживаться разговорно-литературного русского. Но за каждой сказанной им буквой, безусловно, угадывались очень конкретные выражения... И лишь под утро, после еще нескольких десятков междугородних звонков Лена, наконец, сумела уговорить его не принимать все чересчур близко к сердцу, поскольку перегруженными наши байдарки будут не весь поход, а только до первого утонутия...