Идёт бочар по тропинке вверх на гору, вниз с горы, петлей вокруг горы и снова вверх на гору. В руках держит лёгкие бамбуковые обручи. Эти обручи он на бочки набивал, чтобы крепко, дружной семьёй держались вместе дощечки-клёпки.

Идёт и напевает:

Что круглей клубочка-бочка-бочка?

Только бочка, только бочка.

Сутонтон-сутонтон.

Что красивей голубочка-бочка-бочка?

Только бочка, только бочка.

Сутонтон-сутонтон.

Очень бочар своё дело любил.

Вдруг слышит он — хлоп, хлоп! — словно мяч по земле прыгает.

Взглянул бочар вниз с горы — беда!

Скачет ему навстречу по тропинке страшное чудище: нога у него одна и глаз один, а вот рук, как нарочно, две и обе с когтями.

Затрясся бочар от страха. Думает:

«Про такое пугало я никогда не слыхивал».

А чудище смеётся:

— Эй, бочар! Так я, по-твоему, пугало?

Ещё сильнее бочар испугался:

«Откуда он знает, как я его в мыслях назвал? Убегу-ка я скорее направо по тропинке на Кипарисовую гору, к лесорубам. Они меня спасут».

А чудище хихикает:

— Ага, бочар, ты от меня на Кипарисовую гору убежать хочешь вон по той тропинке? А я — прыг-скок — забегу вперёд и поймаю тебя.

«Угадал он, — думает бочар. — Побегу-ка я налево на Сосновую гору к угольщикам под защиту».

А чудище хохочет:

— Так вот что ты затеял! Хочешь на Сосновую гору бежать? Ведь верно? А я твои мысли как в раскрытой книге читаю.

Совсем бочар духом пал: «Все мои мысли горное чудище читает. Всё наперёд знает, что ни придумаю. Пропал я, нет мне спасенья!»

— Правда твоя, бочар, — заливается смехом чудище. — Что ты ни затеешь, я всё разгадаю. Недаром меня зовут Омои — Угадчик мыслей. Но хватит болтать по пустякам, завтракать пора.