— И они толкуют про планктон. Да с такой приправой можно съесть все, что угодно.

Банки (их было 320) заполнили все пустоты. Впоследствии, что бы нам ни приходилось искать, мы непременно натыкались на эти банки.

Мы торопились закончить укладку багажа, чтобы хоть раз выйти в море. Очень важно было увидеть, как “Джу” сидит в воде. Надо было ликвидировать возможный крен. И самое главное — узнать, как она будет вести себя под парусами. Кроме штатного снаряжения спасательной лодки — грота и стакселя общей площадью 17 квадратных метров, — мы хотели поднять двойные стаксели, чтобы “поймать” пассат. Нам много раз доводилось читать, что двойные стаксели — услада всякого мореплавателя-одиночки…

Шитьем парусов занялся боцман морского клуба. Но он только испортил превосходный дакрон, и нам пришлось отказаться от его услуг. В конце концов паруса сшил известный яхтсмен Рафаил Овчаров.

“Джу” становилась все более надежным судном. Специалисты усилили крепление румпеля. На вершине мачты установили только что привезенный из Софии радиолокационный отражатель. Его сделал Сергей Куприянов, с которым Дончо познакомился во время одной научной конференции. Сергей пообещал изготовить для “Джу” радиолокационный отражатель, чтобы нас засекали идущие мимо корабли. Он не только выполнил свое обещание, но и приехал собственноручно установить свое детище.

Провожая нас, Сергей сказал:

— Знаете, я совсем не боюсь за вас. Что-то подсказывает мне, что у вас все будет отлично.

Потом мы вспоминали эти слова в самые трудные минуты.

Даю бесплатные советы по оснащению экспедиции

Я комплектовала багаж по спискам. Пронумеровав все мешки, я составила списки их содержимого — один экземпляр списка я клала в соответствующий мешок, другой оставался в моем блокноте.

Первый мешок. Предметы туалета

Пенофикс — 30 тюбиков (единственное, что пенится в морской воде. С его помощью мы мылись и стирали).