Мечты Генриха Мореплавателя осуществились только частично. С 1442 года удается регулярно выменивать большие количества золота на ткани, коралловые бусы и серебро; у набережных Лиссабона вплотную друг к другу швартуются корабли, груженные рабами и слоновой костью, аравийской камедью и гвинейским перцем. Но суданское золото и король-священник Иоанн, с помощью которых принц Энрике собирался завоевать Иерусалим, все еще не найдены.
Самым деятельным последователем Генриха Мореплавателя был, пожалуй, Жуан 11 (1481–1495), который задался целью претворить в жизнь даже более дерзновенные идеи. Этот принц, а позже король, уполномоченный отцом Альфонсом у (1438–1481) «управлять Гвинеей и разведывать моря, страны и народы, которые не были известны до принца Энрике», продолжает целенаправленно организовывать дальние морские плавания. После того как многие выводы античных космографов оказались ошибочными, он сомневается и в авторитете Птолемея, который когдато изобразил Индийский океан внутренним морем. Где-то же Африка должна кончаться! И тогда можно поставить перед собой более привлекательную цель, чем освобождение гроба господня: достижение Индии с ее пряностями и самоцветами.
В 1482 году Дьогу Кан открывает устье Конго, и король считает, что почти достиг заветной цели, и отвергает предложение Колумба добраться до Индии западным путем. Наконец однажды, в начале 1488 года, капитан Бартоломеу Диаш, исследовавший за одним из береговых мысов южное побережье Западной Африки, был снесен вместе со своими каравеллами сильным штормом далеко на юг.