Главное — надо было взять с собой весь топографический материал, это важные государственные документы, утратить которые нельзя ни при каких обстоятельствах. На всех взяли один ситцевый полог, маленький брезент, котелок, чайник, топор, карабин и походную мелочь, — без нее в тайге не обойтись. Продовольствия отобрали тридцать килограммов. Но у каждого нашлись еще и личные вещи, казавшиеся необходимыми или дорогими.

— Не хватит хлеба, все равно выбросишь эту ерунду, но тогда уже будет поздно, — говорил Харьков и властью старшего выворачивал и ревизовал рюкзаки.

Договорились с проводниками: кто доберется первым до жилья, немедленно сообщает в штаб экспедиции обо всем случившемся. Оставили запись на затесе лиственницы, вдруг кто-то набредет на этот лабаз.

Первыми покидали перелесок проводники.

За плечами у стариков котомки, в руках посохи, в глазах печаль расставания. Распрощались сердечно.

— Дойдете? Лучше бы шли вы с нами, — сказал Харьков, обнимая сильными руками сразу двух стариков.

— Дойдем. Эвенку сердце подскажет путь, — ответил Топко, — да и умрем тут — не обидно будет, — родная земля. А ты смотри хорошо, там тайга тебе незнакомая, не сбейся…

— Не беспокойся.

— Трудно будет. Шибко долго идти вам. Еды не хватит, а тайга без зверя не подмога, как чум без людей… Пусть злые духи потеряют ваш след!

— Спасибо тебе, Топко, спасибо, Тиманчик! Вам тоже — счастливого пути. Не обижайтесь, что так получилось, что расстаемся.

— Может, так и лучше. Все не пропадем. Кто-нибудь останется. Расскажет. И ты не думай, что старики бросили вас. Лучше кость себе сломать, чем совесть потерять.