Картина навсегда: Ру, яростно стаскивающий с камня разодранный "RZ", перекрикивая рев воды, с чувством: "ТАТЬЯНА ЛЬВОВНА, НУ ЕЕ НА ФИГ, ЭТУ КАРЕЛИЮ!!!!!!!!" (После того как в августе 1998 (звучит, как в июне 41) мы вернулись из Крыма, он весь год твердил, что "следующим летом мы отдыхаем в Карелии на байдарках".) Теперь говорит, что все было не так... Якобы он подошел ко мне и тихо сказал: "Знаешь, Лесь, наверное, в Карелию летом не пойдем." Ну-ну...

Пока Мика разводил костер, а остальные таскали вещи наверх (этаж на второй, раз уж начали так считать), начался такой град, которого нам видеть еще не приходилось. Градины размером с добрую горошину зло лупили по всему, что попадалось. А мы по случаю теплой погоды были в футболочках... У меня, правда, под футболкой был толстый-толстый слой резины. Вот когда я это оценила...

Ночевали в каньоне - ремонт требует на глаз часов шесть-семь. (Так и вышло.) Еле расчистили место для костра и одной палатки. Ужинать не стали, несмотря на робкие протесты Завхоза. Выпили чаю со сгущенкой, спрятавшись в палатке, - пошел дождь - и заснули.

30 апреля

Спали мы долго и со вкусом. Сказалась почти бессонная ночь в поезде и напряжение первого дня. Встали полдесятого. Ру и Жэка принялись за "RZ". Я и Мика - за завтрак (в смысле - готовить). Потом был и обед. Мика поставил парочку крестов. Запечатлели наш камень и общую картину. От рева воды начинаются слуховые глюки - кажется, что кто-то зовет. Куда?

Мика притащил мне ежика. Мы его сфотографировали и отпустили, как честные юннаты. Потом обнаружили, что исчез Жэка. В мозгу, истерзанном непрекращающимся шумом, стали рождаться сюрреалистические картины. Вот ежик в шортах и солнечных очках сдвигает бейсболку на затылок, достает фотоаппарат... а-а-а-а!!!!! Жэка вернулся. Он пытался просмотреть реку. Прогноз неутешительный. Мало ни разу не покажется.