Тогда, в своем желании быстрее определиться в этом вопросе, я пошел на авантюру. Я поехал на Большую Коммунистическую, в родной Московский городской клуб туристов, в котором перед каждым походом защищал маршрут, и дал платное объявление: «ИЩУ ПОПУТЧИКА В АВТОНОМНЫЙ ЛЫЖНЫЙ ПЕРЕХОД К СЕВЕРНОМУ ПОЛЮСУ».

С точки зрения правил, существующих в туристических кругах, такое объявление было крайне несерьезно и, наверное, проигрывало сразу же по прочтении. По объявлению можно было найти жену или мужа, но отыскать компаньона в путешествие на Северный Полюс было гораздо сложнее. В его появление слабо верилось даже мне, к тому времени уже порядочно истерзанному нетерпением. Такие люди могли появиться в результате некоторого количества трудных совместных походов, так мне казалось до этого года. Для серьезного туристического народа подобное объявление было столь же странным, как если бы я на улице хватал за рукав первого встречного и уговаривал его идти со мною на Полюс. Понимая это, я не подписался под текстом, а оставил номер своего мобильного телефона. Но, ставя себя на место человека, только что прочитавшего мое обращение, я надеялся на естественный интерес, зная железно, что люди, томящиеся неисполненным Полюсом, в туристических кругах существуют.

Я ожидал шквала звонков, но проходили часы и дни, а телефон молчал. Я ехал в клуб, в уверенности, что объявление потерялось, но видел его на том же месте под стеклом. Через какое-то время я перестал понимать, что же произошло в нашем огромном, всегда наполненном страстями мире экстремального туризма, когда однажды в половине первого ночи раздался звонок.

Через пару дней я встретился с бородатым человеком, которого звали Антон.