Дверь в номер люкс на удивление была незапертой. Пройдя через широкий холл, Лысый крикнул:

– Хром! Ты здесь?

Никто не ответил.

Открыв дверь спальни, он увидел авторитета, сидящего в неестественной позе с лицом, вобравшим в себя всю грусть человечества.

Хлопнув ладонью по этому скорбящему лицу, Лысый попробовал привести его в чувство.

– Хром, ты слышишь меня? Вставай! Нам ехать пора.

Тот только улыбнулся тягучей гримассой.

– Сука… Ты, что не понимаешь, что мы дело просрать можем? – Лысый грубо толкнул авторитета, чего впрочем, он никогда бы не сделал, если бы тот был в нормальном состоянии.

Подняв со стола раскрытую упаковку «жвачки», Лысый, наконец, понял, где Хром прятал наркотик. Он судорожно сгреб все в ладонь и, пройдя в туалет, смыл в унитаз.

Посмотрев на свои позолоченные часы «Rolex», он про себя отметил, что до встречи с якудза оставалось ровно полтора часа.

Умелов уже несколько минут ходил по номеру из угла в угол.

Сев на кровать рядом с Марией, он, наконец, решился ей все сказать.

– Пожалуйста, выслушай меня. Только не перебивай, хорошо?

Она смотрела на него широко открытыми глазами.

– Я вижу и чувствую, что ситуация вокруг нас стала очень опасной. Пожалуйста, пойми меня правильно. Я очень тебя люблю и боюсь потерять, поэтому ты должна покинуть Японию. Здесь становится очень опасно.

Мэри замотала головой.

– Я не уеду без тебя.

Он прикрыл своей рукой её точёные пальцы.

– Я журналист. Это моя профессия. Журналисты часто рискуют. Твое присутствие здесь может все осложнить. В конце концов, убийца Кудо Осимы может воспользоваться нашими чувствами и сыграть на этом.

– Ты все преувеличиваешь. Просто насмотрелся боевиков или газет начитался, – Мария попыталась таким образом разрядить обстановку.

– Каких газет? Я сам делаю новости и знаю, как страшна жизнь. Девяносто процентов людей в мире, а у вас в Америке, наверное, и все девяносто девять, думают, что насилие и смерть есть только в кино или на экране теленовостей. Но оно везде. Даже в этой стране, где унитазы напичканы электроникой, а технический прогресс лезет из всех щелей, человека могут зарезать, как свинью. Хотя он и покаялся.