Энгус закрыл книгу и бережно поставил её на полку: здесь размещалась вся его библиотека — десятка два изрядно потрёпанных томов, которые он берег как зеницу ока.

— На эту неделю урокам конец, — сказал он мальчикам. — Я буду стряпать, а вы идите делайте свою работу.

Мальчики выбежали за дверь, а Энгус ещё минуту-другую стоял у окна и любовался на них. Питъюк колол берёзовые поленья, а Джейми и Эуэсин по очереди работали ломом: пробивали в замёрзшем озере прорубь. Энгус смотрел на мальчиков и вспоминал, что привело их в его одинокое жилище.

Джейми приехал к нему три года назад из одного южного канадского города: родители его погибли в автомобильной катастрофе, и у него не осталось родных, кроме Энгуса. За эти годы Джейми из хилого, ни к чему не приспособленного маленького горожанина превратился в крепкого подростка, который в предполярном лесу чувствовал себя так же уверенно и свободно, как родившийся здесь Эуэсин.

Эуэсин никогда не бывал южнее Пеликан Нэрроуз, всего в двухстах милях отсюда; там, в школе при миссии, его научили хорошо говорить и читать по-английски. Но Эуэсин жадно тянулся к знаниям, и, когда Энгус Макнейр стал учить Джейми, Эуэсин без труда уговорил своего отца, Альфонса Миуэсина, позволить и ему учиться у Энгуса и прожить у него зиму.

Третий ученик Энгуса, Питъюк, оказался здесь потому, что встретился тогда в тундре с Джейми и Эуэсином. Эскимосы, с которыми кочевала мать Питъюка, благополучно доставили двух спасённых мальчиков на юг. Но, уходя к местам своих кочевий, они оставили Питъюка на попечение Энгуса Макнейра, рассудив, что пора уже мальчику познакомиться с миром его покойного отца Фрэнка Андерсона.

К тому времени как ящик был полон дров, а ведра — воды, у Энгуса поспел обед. Он сварил вкусную похлёбку из ячменя, сушёной оленины и жирной свинины. Нарезал хлеб свежей выпечки, налил каждому по кружке крепкого сладкого чая.