В нашей группе о Первом мае никто не заикается. Для паломников праздник наступает позже — третьего мая — в канун Курбан-байрама, в канун того дня, когда хазрат Ибрагим хотел зарезать своего сына хазрата Исмаила, дабы ублаготворить господа бога. Но творец послал архангела Джабраила с поручением удержать меч хазрата Ибрагима, занесенный над сыном. «Нам стала известна верность Ибрагима, ― сказал всевышний, ― но для того, чтобы его рвение не пропало втуне и чтобы не обидеть его, отнести ему этого барана, пусть он зарежет его вместо сына. Мы будет довольны и ублаготворены». С того дня, как я услышал это предание, я питаю особую любовь к хазрату Джабраилу.

Путь между небесным троном и грешной землей, который люди проходят за пятьсот тысяч лет, да и сам хазрат Джабраил преодолевал иногда за довольно долгий срок, в тот день он проделал в мгновение ока и, поспев в самый раз, ударил крылом по мечу хазрата Ибрагима, сделав его тупым и негодным. Страшно подумать, что произошло бы, прояви архангел Джабраил медлительность и не поспей вовремя! Каждый год в день Курбан-байрама вошло бы в обычай резать сыновей, ибо мы, мусульмане, не имеем права не повторять того, что делал наш пророк. Тогда невесты остались бы без женихов, женихи без братьев, отцы без сыновей. Наверное, и на мою долю не выпала бы честь сопровождать группу паломников в эту святую землю, потому что либо меня принес бы в жертву всемилостивейшему Аллаху мой отец, либо же отцы моих спутников прирезали своих сыновей.

Вот почему всякий раз, когда во мне закипает мусульманская кровь, я совершаю молитву, переадресуя на текущий счет архангела Джабраила все слова благодарности, которые обычно посвящают Аллаху.

Машалла! Машалла! Еще раз машалла!

Мы в святой Джидде!

Теперь, наверное, понятно, почему мы так неистово возносим благодарение Аллаху. Мы на родине последнего пророка всех времен — Мухаммада, любимца Аллаха, посланника господа, единственного и всемилостивейшего попечителя грешных рабов божьих.