Я немедленно сделал им предложение. Поначалу они колебались, сказав, что идут из местечка под названием Джелинг, на южной границе с Мустангом, и им нет никакого смысла возвращаться. Но я был преисполнен решимости не упустить шанс и назвал цену за перевоз, в два раза превышавшую обычную. Однако и это лишь слегка продвинуло дело. Я пообещал караванщикам провести два дня в их деревне, если они согласятся повести нас дальше на север. Кстати, остановка позволит мне уточнить этнографическую карту этого неведомого района.

Наконец, ударили по рукам. Вечером владельцы яков Тсеринг Пемба, Тсеринг Пуба, Пасанг Пемба и Тсеван Тендрик пришли к нам в лагерь, чтобы еще раз обсудить плату и величину груза. Крестьяне говорили на странном диалекте тибетского языка, который мне еще не доводилось слышать. Они на все лады расхваливали свою деревню, а мы поддакивали. Да, это безусловно самое прекрасное место в мире. На своей карте я исправил искаженное название «Джилигаон» на «Джелинг».

К слову сказать, на карты издания 1926 года надо было полагаться с осторожностью. Географические сведения собирали в начале века тайные агенты британской службы, под разными личинами пробиравшиеся в Тибет и прилегающие к нему области. Они брали с собой четки из ста костяшек вместо полагающихся по канонам ста восьми — так было удобнее считать шаги; записные книжки они прятали в молитвенные мельницы, а в дорожных посохах держали термометры, которые по ночам опускали в кипяток, определяя таким образом высоту над уровнем моря. Их путешествия растягивались на года. Боясь каждую минуту оказаться разоблаченными, они сторонились больших селений, ночуя в горах. Имена этих ученых-пандитов не сохранились, ибо свои отчеты они подписывали только номерами или инициалами.

Учитывая условия, в которых им приходилось работать, остается только удивляться точности составленных ими карт. Но разумеется, туда вкралось немало ошибок. Ко времени моего путешествия это были единственные подробные карты гималайского высокогорья.