И так же, как два года тому назад, когда к Тикопиа подошло судно Диллона, к борту «Астролябии» первой поспевает пирога, в которой восседает Бухерт. И все тайное становится для Дюмон-Дюрвиля явным.

Сначала Бухерт было согласился сопровождать Дюмон-Дюрвиля к Ваникоро, но потом отказался. Отказался и Чулия, так же как и Бухерт, ссылаясь на то, что в Ваникоро плохой воздух и что там-де от лихорадки гибнут все пришельцы.

Сопровождать Дюмон-Дюрвиля согласились два английских матроса, сбежавшие с китобойных судов. Один из этих англичан успел неплохо овладеть диалектом, распространенным здешних островах.

Расспросив как следует островитян на Тикопиа о примерном маршруте, Дюмон-Дюрвиль отдал приказ сниматься с якоря, и на следующий день к вечеру на «Астролябии» увидели вершину горы на одном из островов Ваникоро. Впрочем, строго говоря, Ваникоро — не остров, а целая группа маленьких островков, окруженных коралловым поясом рифов.

Одиннадцатого февраля 1828 года французские моряки вступают на берег, возле которого, теперь это очевидно, потерпели кораблекрушение корабли Лаперуза.

Дюмон-Дюрвиль видит плодородные земли, превосходную растительность, напоминающую растительность Ноной Ирландии или Новой Гвинеи, он видит островитян с вьющимися волосами, с темной кожей. Энтомолог-профессионал, он замечает, что некоторые бабочки почти точь-в-точь такие же, как на Молукках, и что птиц мало и они боятся людей.

Он посылает корабельную шлюпку вокруг большого острова и дает задание разузнать, где и как произошло кораблекрушение. Но островитяне не хотят вступать ни в какие разговоры, относящиеся к этой теме, либо отвечают односложно.