Юлиан только взялся за молот — и тут же резко откинулся назад. Молот оказался таким тяжелым, что заскользил из рук и чуть не упал на ноги. Позади кто-то засмеялся.
Юлиан нагнулся и снова поднял молот, но не шагнул к колоде, а лишь нерешительно повертел тяжелый инструмент в руках — и тот снова чуть не выскользнул.
— Не знаю, смогу ли я...
— Что за чепуха! — перебил его Рогер. — Это не тяжело, вот увидишь. Иди же! — В его голосе послышался приказной тон, и Юлиан подчинился — почти против воли и вопреки рассудку. Он чувствовал, что все это кончится катастрофой, и предчувствие не обмануло его. Мальчик крепко сжал рукоять молота обеими руками и замахнулся так же, как это делал Рогер.
К сожалению, он не мог сравниться силой со своим новым другом.
Когда молот достиг на взмахе высшей точки, Юлиан потерял равновесие и опрокинулся навзничь.
На сей раз смеялись все вокруг. И никак не могли насмеяться вдоволь.
Слезы стыда и гнева ослепили Юлиана. Рогер протянул ему руку, чтобы помочь встать на ноги, но Юлиан сердито отбил ее в сторону и поднялся сам. Правое плечо сильно болело.
Позади кто-то все еще смеялся. Юлиан сердито обернулся и в упор посмотрел на рыжего подростка в кожаной куртке, усеянной заклепками.
Парень оборвал смех, и глаза его коварно блеснули.
— Что, малыш? — спросил он.
Юлиан сглотнул. Вся его ярость разом обратилась в страх — такой, что задрожали руки. Что-то в этом парне внушало ему ужас. Более того, повергало в панику. И дело было даже не в его силе и не в коварном взгляде. Здесь таилось нечто другое, чего Юлиан не смог бы объяснить. Даже находиться вблизи этого рыжего было ему невмоготу.
Рыжий шагнул к нему и вызывающе упер руки в бока.
— Так что? — повторил он вопрос. На сей раз в его голосе явственно прозвучала угроза.
Сердце Юлиана заколотилось. Он хотел что-то сказать, но у него перехватило дыхание. И тут рядом с ним встал Рогер, и вызов в чертах рыжего разом сменился на растерянность и осторожность. Но не на страх.