Мои дневные ученики дожидались в школе возвращения своего учителя. Они были в полном сборе, и на этот раз занимался с ними не я один; трое адатымовских комсомольцев, не теряя времени, занялись преподаванием. Урок получился насыщенным и очень содержательным. Один преподаватель хорошо, а четверо лучше.

Вечером созвали чиревских гиляков в школу на собрание по вопросу об организации сельскохозяйственного коллектива.

Никто из них не понимал толком, для какой цели созывается собрание, но явились все.

Комсомольцы и я очень подробно и просто объясняли цель, для которой созваны нами чиревцы. Были прочитаны и детально разъяснены инструкции, рассказано о превосходстве коллектива над слабым нищенским хозяйством отдельных гиляков.

Туземцы единогласно выбрали меня секретарем собрания. Не теряя времени, я начал проводить с ними беседу том, что будет сделано для улучшения жизни коренных жителей Сахалина — туземцев.

Я рассказал им о возможностях, которые открывает острову наш пятилетний план строительства, объяснил, что пятилетка покажет подлинное лицо Сахалина.

Мне кажется (комсомольцы это подтверждают), чиревские гиляки были заинтересованы тем, что я им сообщил. Моя беседа имела целью показать Сахалин недалекого будущего тем, кто живет в нем и меньше всего об этом знает.

Когда я толковал о перспективах рыбного дела на острове, как оно представлено в пятилетке, гиляки слушали, точно интересную сказку. Они, не знающие другого лова, кроме берегового, услыхали о том, что теперь специальные суда будут выходить навстречу рыбе, что на смену жалким юкольникам идет высококачественный засол, строятся консервные заводы, рефрижераторы (долго приходилось пояснять им, что это за штуки), что рыбы будет выловлено в двадцать раз больше, чем сейчас ее добывают на Сахалине, и для этого государство (гиляки имеют об этом слове самое отдаленное понятие, им больше говорит слове «казна») вкладывает в рыбную промышленность острова около 38 миллионов рублей.