О том, что опора нужна, обычно говорят, когда ее теряют. Моей опорой был север...

Мне вернула его Валентина Шацкая. Она сказала: "Ты куда делся? Уже выросло целое новое поколение "северных людей". Она позвала меня в заполярные горы, тундры и к новым людям, которые научились замечательно справляться с пургой и морозом и не бояться заледенелых скал. Эти новые люди поднимают в тундре паруса и мчатся на них, как некогда Нансен через Гренландию. И я вернулся в стихию, которая оказалась еще моей.

Так без моторов и кабин совершил я маленькое путешествие по кругу из трех стихий - холода, скорости и высоты, - которое приглашаю вас вместе со мной повторить.

Человек на лыжах *

В ту морозную зиму

Приключения на старте

Они вышли на одной из северных станций, выгрузили рюкзаки и лыжи. Юра вернулся в вагон проверить: что забыто. Ничего не забыто. Тогда собрались у вещей, скинули напряжение с плеч, согнали заботу с лиц и с удовольствием оглянулись.

Начальник убежал на разведку.

Поезд еще стоит. По перрону бегут пассажиры: красные лица, над головами воротники, крики окутаны паром. Под вагоном лед. На площадке проводница в теплом платке:

- Не замерзнете?

- Нет, - лихо откликается Вэм, он же Володя Маленький.

- В Москве-то оттепель, а здесь, видишь, за сорок. Поехали со мной дальше.

Прибежал Саша Начальник:

- Ребята, за мной! - закричал он и подсел под свой рюкзак.

- Куда бежать? - спросил Вэм.

- Сказано, вперед! Какая тебе разница? Что за дурацкая манера обязательно спрашивать, - выговаривал на бегу Начальник. Этот Маленький его раздражал своим нежеланием слепо и радостно подчиняться.

Северный поселок. Посреди вокзальной площади, огороженной двухэтажными избами и бараками об одном этаже, стоит лесовоз с прицепом. Кузова как такового нет. Только бревна, скользкие сами по себе, да еще в снегу, и тревожный и острый запах срезанной березы.