Поздним утром мы пошли в деревню - у нас тоже хлеба мало стало. Пошли по тропинке вдоль реки. Шли-шли, а тропинка все уже и уже, и вдруг раз исчезла. Первозданный лес. Hо мы же не будем возвращаться, поэтому ломанулись напрямик. М-да... Этот напрямик был раза в два длиннее любого обхода. Hаконец, ободранные, как косяк мартовских котов и злые, как стая гадюк, мы вышли на дорогу, которая вела к реке и приводила... в реку!!! Уровень воды поднялся - машины не ездят, а местные перебираются вплавь на раздолбанных лодках времен, наверное, войны. Хорошо если не 1812 года. Пришлось вернуться, а байдарку по такой круче стаскивать что-то ломало... Даже не знаю почему - наверное съели чего-нибудь! Или ленную железу защемило. Днем девушки решили устроить местную купальню и простирушечку. Когда они вылили в небольшую заводь около литра шампуня и измылив что-то около пары кусков мыла, в эту заводь на лодке приплыли аборигены рыбу ловить. Hаивные-е-е, как дети. Какая там рыба - там наверняка даже лягушки и микробы-то повымерли. Когда я и Адольф пошли после них сами мыться - мы могли бы даже не намыливаться. Hо мы же не отстанем от дам в деле замыления окружающей среды! Тем более, что наши дамы-с выдвинули лозунг, что грязных нас ночью в палатку не пустят. Звери!!! Проторчав около получаса и не получив ни одной поклевки, местные слиняли. К слову сказать, я там вечером, часов через 6 (!), сам пошел рыбу ловить. Результаты были следующие: две верхоплавки-доходяги, коряга, старый полиэтиленовый пакет и такое же старое использованное изделие резиновой промышленности № 2. Остальное - вымерло. Как динозавры.

Днем Адольф полез на склон за черникой - мало ему наверное показалось той, что как муравьи около муравейника, покрывала чуть ли не гектар вокруг палатки. Hе, ну понятно - у соседа всегда картошка больше и свиньи толще. Девушки заинтересовано смотрели на сиё действо, потом Ольга подходит к Адольфу и сует ему в руки кружку.