За ночь прошло немало машин, но гаишники не особо старались отправить нас. Часов в пять утра рассвело, мы с Книжником поднялись и ушли подальше от поста. И, только начали голосовать, как тут же и поймали машину «Нива» до поворота на Колхозабад, а там и в сам Колхозабад уехали на автобусе, полном разноцветных утренних таджиков и таджичек.

Дальше, до последнего на нашем пути райцентра Дусти, нас довёз на легковушке местный налоговый инспектор.

Посёлок Дусти (в переводе — "Дружба") прошли пешком. Заглянули на почту, где девушка-телефонистка устанавливала связь с Большим миром, втыкая провода в большой пульт полувековой давности. Дозвониться через пульт в Москву не удалось; отправили телеграмму (она шла три дня) и письмо. Жители относились к нам дружественно, улыбались, как и положено в посёлке с таким названием.

Дусти завершались большими выездными воротами, точнее аркой, возвышающейся над дорогой. На ней было что-то написано по-таджикски, были нарисованы виноград, арбузы и другие фрукты. Вероятно, это символизировало изобилие местной земли. Мимо проходили дети — таджикские и русские, с лопатами, вёдрами и без ничего, — и скапливались вокруг нас. Мы общались с детьми и ожидали машину без малого три часа — с девяти до двенадцати. В Нижний Пяндж проезжали легковушки, забитые народом, готовые подсадить и нас за некоторую мзду, но мы после Шартуза были злые, жадные — и не соглашались. Наконец появился грузовик с трактором в кузове, он шёл медленно и ещё менял на жаре колесо. До пограничного посёлка оставалось всего двадцать три километра, и наконец мы всё же доползли до него.

Нижний Пяндж — совсем маленький посёлок. Когда-то сюда вела узкоколейная железная дорога; сейчас она, по сообщению местных жителей, разобрана. Планируется возведение моста через Пяндж на афганскую сторону, а пока переправа людей и машин осуществляется на катере и на барже.

ВНИМАНИЕ! Переправа в Афганистан работает только с понедельника по пятницу. В субботу граница работает до полудня; в воскресенье переход в Афганистан не действует!