За ней, всего в двадцати метрах, начинается порт. Сейчас, конечно, и порт уже не совсем порт. Сравнительно недавно знаменитый архитектор-генуэзец Ренцо Пьяно, прославившийся, как и большинство знаменитых генуэзцев, за пределами своей Патрии, мановением руки превратил Старую Гавань, или Porto Antico (умоляю, не пытайтесь переводить antico как «античный»!), в беленькую и чистенькую прогулочную зону. Генуэзцы новую версию Старой Гавани незамедлительно полюбили, теперь они там активно гуляют, иностранные туристы выстраиваются в очередь, чтобы побывать в самом большом Аквариуме Европы, построенном все в той же Старой Гавани, по набережной беспрерывно бегают трусцой подтянутые яппи, все видимое пространство моря заполнено белоснежными яхтами, и… ничего не осталось от шумного порта, как я себе его представляла по рассказам дедушки-моряка.

Но я не случайно начала рассказ о порте с улицы Пре. Лишь недавно я поняла, в чем заключен непреходящий смысл этой узенькой и страшненькой улицы, битком набитой неграми, китайцами, мексиканцами, арабами, эквадорцами и не знаю кем еще. Это – экзистенциальный осадок, оставшийся от пестрой, грязной и шумной портовой толпы. Тут тебе и проститутки (очень страшные, но есть), и забегаловки с экзотической едой (судя по запаху, жареные кошки и собаки – не иначе), и негритянские парикмахерские, и мясные лавки халяль, и даже магазинчик «Quick Mart», в точности как у Апу из мультфильма про Симпсонов. Итальянскую речь на улице Пре не услышишь, там принято разгуливать в национальных костюмах и пасти очень чумазых детей в подворотнях (дети кажутся очень счастливыми)… Наш муниципалитет должен уже догадаться и выпускать на эту улицу безработных актеров в костюмах моряков – тогда иллюзия портовой жизни будет полной. А с прохожих брать за проход по этой улице умеренную плату.