Глаза поймали на снежном набое вмятину. Человек смотрел на нее как зачарованный. «Прошла нарта, но откуда?..»

Он сделал несколько шагов и увидел еще полоски. А вот и след оленьего копыта. Теперь ясно, что кто-то ехал на материк. Ехал со стороны моря, значит с острова! И совсем недавно: след-то даже не занесло…

Пошел по колее, пока из тумана не выплыл силуэт чума. Над ним дымок.

Неожиданный приход и необычный вид длинноволосого с горбом напугал хозяев. –Келе! Дух!..

Женщины, забравшись с детьми в глубь чума, с тревогой смотрели на пришельца, который пытался что-то растолковать пожилому ненцу.

«Конечно, Келе. С железным оленем!»

И верно, блестящий изогнутый руль чем не рога неземного творения?

«Дух» между тем разрезал тесемки и принялся стаскивать комбинезон. Между шкурой и нижней курткой похрустывал слой льда.

Раздевшись, гость выскочил на улицу и стал торопливо растирать тело, лицо и особенно ожесточенно большие пальцы ног. Они совсем белы. Он их тер, мял, тискал, толкал в снег… Вот они загорелись, заныли, но самые кончики по-прежнему бесчувственны.

Рассмотрев сброшенную одежду, старик, по-видимому глава семьи, покачал головой: ему-то ясно, что «дух» – это занесенный к ним каким-то несчастным случаем путник. Он бросил короткую повелительную фразу, и вскоре женщина вынесла поношенные, но еще прочные торбаса.

-Надевай.

Общеизвестна удивительная отзывчивость людей Севера, их бесхитростность и радушие. С каким вниманием отнесется северянин к попавшему в беду человеку! Он не станет допытываться, кто и что ты. Нет, просто примет, накормит тебя, просушит одежду и будет терпеливо и деликатно ждать твоего рассказа…

Велосипедист узнал, что находится на острове Долгом, в ста километрах от Югорского Шара.

Хозяева дали ему мягкие чулки – пыжики и брюки, сшитые из выделанной оленьей шкуры. Из своего он на теле оставил только широкий ремень, на котором висели нож и компас. В коже пояса поблескивали большие бронзовые буквы «ГЛТ». И еще один предмет возбудил внимание ненцев – четырехгранный футляр, висевший на шее.