Буржуазия как класс
Быть буржуа - это не конкретный общественный статус, не принадлежность к определенному классу, а, скорее, образ жизни. Причем этот образ жизни, как ни странно, вызывает у французов одновременно и восхищение, и отвращение. Буржуазия привлекает их уверенностью в себе, отсутствием вульгарности, своей надежностью и долговечностью. Однако французам отвратительны предсказуемость буржуазии, отсутствие любознательности, излишняя респектабельность. Это тяжелый внутренний конфликт, и разрешить его французам пока что не удалось.
С первого взгляда кажется, что во французском буржуазном обществе царит истинное равенство - попробуйте, например, представить себе, чтобы в Англии посетитель ресторана говорил официанту "сэр". И все же незаметное глазу прежнее деление на классы в общем-то соблюдается. Среди выходцев из рабочего класса крайне мало юристов, университетских профессоров, врачей или бухгалтеров высокой квалификации. Сыну обыкновенного шофера по-прежнему чрезвычайно трудно стать архитектором, а уж дочери шофера - и подавно.
Сама буржуазия тоже делится на несколько весьма различающихся между собой подклассов:
Крупная (grande) буржуазия - это выходцы из таких всем известных семей, которые в некоторых других странах называют "хорошими". Типичный пример - де Голль. Подобные "хорошие семьи" играли важную роль в великом прошлом Франции.
Средняя (bonne) буржуазия или просто буржуазия - это отпрыски новой породы французов, которым, скорее, предначертано сыграть главную роль в великом будущем страны.
Мелкая (petite) буржуазия вызывает у французов наибольшее презрение: ее представители не сыграли сколько
[17]
нибудь существенной роли в великом прошлом Франции и вряд ли получат приличную роль в ее великом будущем. К тому же ряды мелкой буржуазии постоянно пополняются за счет рабочих, пусть даже и великих тружеников.
Ну что ж, в столь двусмысленной ситуации французы ведут себя как всегда наилучшим образом: они просто не обращают на эту ситуацию никакого внимания не то чтобы ожидая, что она сама собой рассосется, но надеясь все же, что особого значения в будущем она иметь не будет.