Ни одна другая нация не вела столь тяжкой борьбы за сохранность своего языка. Целая академия ("Academie

[69]

francaise") неустанно трудится, дабы обеспечить его чистоту и решить, приемлемо ли то или иное слово. Неологизмы, тайком прокравшиеся в современную речь, безжалостно вырываются с корнем.

Недолгое увлечение так называемым франгле (jranglais), смесью французского с английским, довольно распространенное еще несколько лет назад, практически закончилось. Применяемые в бизнесе и технических науках английские слова с французскими артиклями - "le cash-flow" (движение денежных средств), "le design" (дизайн), "le pipeline" (трубопровод) - возмущали Миттерана: "Неужели мы должны отдавать команды своим компьютерам по-английски?" - вопрошал он.

Была предпринята попытка сделать "франгле" ненужным просто за счет изобретения французских эквивалентов. Так короткое "ип oil-rig" (буровая вышка) превратилось в "ип appareil de forage en mer" (установка для откачки нефти с морского дна). И подобные попытки довольно быстро прекратились.

Когда умер де Голль, Ноэля Кауарда, английского драматурга, композитора и актера, спросили: о чем, по его мнению, стали бы беседовать в раю достопочтенный "женераль" и Господь Бог, и Кауард ответил: "Это зависит от того, насколько хорошо Господь владеет французским."

Вклад французов в мировую языковую сокровищницу

Вклад этот поистине бесценен. Как можно говорить о любви без тонких НЮАНСОВ, без таких слов и выражений, как ТЕТ-А-ТЕТ, РАНДЕВУ, МОН ШЕР, БЕЗЕ и, наконец, АМУР? А без некоторых рискованных ПАССОВ любовная игра может показаться просто пресной.

Разве можно вести с кем-то борьбу без САБОТАЖА, а войну - без МАНЕВРОВ и духа КОРПОРАТИВНОСТИ, без ШПИОНАЖА, АТАК и ДЕТАНТА? Без АВАНГАРДА и АРЬЕРГАРДА? Без КАВАЛЕРИИ и АРТИЛЛЕРИИ?