В наше время, к сожалению, российские японоведы мало интересуются прошлым своей науки. В периодических изданиях типа ежегодника "Япония" сообщения с обзорами предыдущей деятельности отечественных специалистов по Японии публикуются редко, хотя работа японоведческих центров в нашей стране приняла в 50-х - 80-х годах исключительно широкие масштабы. Упоминания о крупном вкладе советских японоведов в тогдашнее развитие востоковедной науки Советского Союза если и появляются, то лишь мимоходом в связи с юбилеями отдельных ученых старшего поколения либо при публикации некрологов.

В последние годы заметно реже, чем прежде, собираются вместе российские японоведы на конференции и симпозиумы для обсуждения каких-либо общих проблем. Их научные собрания проводятся теперь обычно сепаратно по отдельным направлениям работы: экономисты в своем узком кругу, лингвисты и литературоведы - в своем, историки и политологи - сами по себе. Так бывает проще для организаторов, но это чревато постепенной утратой взаимных контактов и профессиональной сплоченности наших знатоков Японии.

Но все-таки пока российские японоведы еще не утратили интереса друг к другу и продолжают считать себя людьми единой профессии. А раз такая профессиональная общность существует, то у нее должны быть, как и в любой отрасли знаний, своя история, свои авторитеты и своя преемственность поколений.

Со времени возникновения отечественного японоведения как составной части востоковедной науки прошло около восьмидесяти лет, и уже давно нет в живых ни одного из его основоположников: ни Д. М. Позднеева, ни Е. Д. Поливанова, ни Н. И. Конрада, ни Н. А. Невского, ни К. А. Харнского, ни других. Ушло почти целиком из жизни и второе поколение знатоков Японии (Е. М. Жуков, К. М. Попов, Х. Т. Эйдус, А. Л. Гальперин, Г. И. Подпалова, П. П. Топеха и многие другие), а японоведы третьего поколения в большинстве своем уже вступили в пенсионный возраст. Пришла, по-видимому, пора и им передавать эстафету людям четвертого и пятого поколений.