Это было мало и пес отчаянно голодал. Нужно сказать, что хлеб бездомные собаки не едят – на уровне инстинкта они опасаются «посадить» свою печень. Хлеб едят только в том случае, если он «помочен» хотя бы небольшим количеством мясного соуса или супа. В редких случаях чистый хлеб едят и то мало, молодые собаки, страдающие от отчаянного голода.

Однажды за псом, с другой стороны улицы Свободы, пришла его хозяйка и забрала его, но он снова ушел от нее и вернулся на свое прежнее место.

Хозяйка объяснила его побег и остальные побеги из дома тем, что он учуял здесь однажды запах течной суки и все время ее разыскивает.

Возможно, что это было и так, но, возможно, и то, что хозяйка когда-то сильно, сама этого не понимая, обидела своего пса.

Пес действительно принюхивался к каждой собаке-«девочке», которая попадала в его поле зрения. Правда, это делают все кобели, но у этого подобные действия смотрелись очень старательными и назойливыми.

Время приближалось к осени, дни становились все холоднее и зачастили дожди. Пес еще больше похудел, а дамы из офиса все меньше выходили в холодные дни кормить приблудного пса.

Приближалась трагическая развязка в жизни этой собаки – ему предстояло окоченеть от голода и истощения в один из холодных и дождливых дней.

Случилось непредвиденное.

Примерно в 25-ти метрах от этого крыльца, за металлическими гаражами, находится местная помойка. Там стоят четыре бачка, куда местные жители сносят свой мусор.

Это место ограждено невысокой каменной оградой, открытой с одной стороны, чтобы был подход к бакам.

Здесь часто появляются люди, которые приносят мусор, бомжи, по два или три человека, разбиравшие полиэтиленовые пакеты с мусором в надежде чем-либо поживиться.

Сюда приходят бродячие собаки за едой, слетаются голуби, вороны, воробьи и, как правило, по ночам здесь появляются крысы.

Однажды возле этой помойки появился человек, который здесь и поселился на некоторое время. Ему было за шестьдесят лет, был он одет в грязную и рваную одежду, небрит, давно нестрижен – с длинными волосами на голове, и у него не было головного убора.