В борьбе между племенами часто решающую роль играли слоны. Побеждал тот раджа, на стороне которого сражалось больше слонов.

Высоко ценилась боевая лошадь, недаром индийский бог войны имел туловище лошади. В особых, исключительных случаях богу войны приносилась в жертву лошадь. Приносил эту жертву собственноручно повелитель страны.

Боевые колесницы, запряженные лошадьми, являлись главной силой в сражениях древнего времени.

Китайские императоры активно использовали ядовитых змей в качестве надежного средства для тайного устранения своих врагов. Особенно отличился император Цинь Ши Хуанди, отправивший на тот свет при помощи змеиных укусов более двухсот человек. Метод был достаточно прост — специально обученную змею-«киллера» запускали под дверь жертвы, и она была обречена.

Не менее грозным оружием были крысы. Крестоносцы выбивали из крепостей арабов при помощи серых грызунов, зараженных чумой. Крыс помещали в железные ведра с плотными крышками и с помощью катапульт перебрасывали через крепостные стены. От удара о землю крышка откидывалась, и незваные грозные гости разбегались по городу. Страшная болезнь распространялась в считанные дни. Население крепости либо сдавалось, либо умирало.

Тактика знаменитых японских шпионов Средневековья — ниндзя («ночные дьяволы») не ограничивалась только поджогами, убийствами, взрывами и отравлениями. Часто для захвата особо важных крепостей «ночные дьяволы» применяли живое оружие: больных бешенством или инфицированных эпидемическими заболеваниями животных (собаки, кошки, обезьяны и т. п.), иногда дрессированных. Такой способ диверсий ниндзя называли «шпионский манок».

Примечательны некоторые моменты из истории «шпионского манка».

Однажды Хадзика Дзюбэй, лазутчик на службе у князя Такэда Сингэна, задумал избавиться от своего заклятого врага Сандайфу Момоти. Пробравшись ночью в дом к Сандайфу и убедившись, что тот крепко спит, кровожадный Хадзика выпустил из мешка несколько десятков разъяренных голодных ласок. «Внезапно» проснувшийся Сандайфу, которого оповестили о готовящемся покушении, швырнул в своего врага пригоршню крысиного помета. Ласки, бросившись на запах крыс, до смерти загрызли не в меру изобретательного убийцу.