«Он ринулся на врага, и в одно мгновение десница его пожрала их, и они стали говорить тогда друг другу: «Мы не с человеком сражаемся, это Сутеху, великий воин, это сам Ваал. Человек не мог бы сделать того, что он совершает среди нас. Он один без воинов и военачальников отражает сотни тысяч. Скорей побежим укрыть от него нашу жизнь, дыхание уст наших». Пять раз он устремлялся на них, и пять раз прорванные им ряды снова смыкались вокруг него; наконец, в шестой раз, ему удалось разбить окружавшее его кольцо вражеской силы и соединиться со своими. Немного их уже оставалось, но стойкой храбростью своей они все еще успели сдерживать неприятеля».
Три долгих часа, благодаря своему личному мужеству, фараон держал сплоченными свои ничтожные силы. Наконец, на исходе томительного дня, когда солнце клонилось к закату, показались блестящие штандарты Пта. Противники разошлись, чтобы вновь утром начать бой.
На вечернем совещании, учитывая ошибки прошедшего боя, фараон предложил интересный способ совмещения тактики пехоты и колесниц.
Утром хетты увидели новое построение египетских войск.
Тяжелую пехоту фараон выстроил квадратом сто на сто человек, вокруг расположил колесницы, вперед отправил легкую пехоту. Это огромное «суперкаре» из десяти тысяч тяжелых пехотинцев, примерно 1–1,5 тысячи человек легкой пехоты, восьмисот тысяч колесниц составило основную единицу.
Столь громоздкое на первый взгляд построение на самом деле оказалось гениально простым и эффективным. У такого пехотного квадрата нет ни фланга, и, как следствие, охват, прорыв в тыл и окружение для такого построения не слишком опасны.