И Звездочка постепенно просыпалась. Вольный степной ветер будоражил ее, и с каждым днем все быстрее скакала она по степи, красиво выгибая длинную гибкую шею. И даже невозмутимый Сивка робел перед молодой красавицей, и словно оживала несправедливо отнятая природа. Он так же яро рвался вперед, вдыхая могучими легкими степной ветер, пытаясь спорить с ним, и тем самым показать себя в этом бешеном танце неумолимой природы, прекрасной и бессмертной!

К началу весны стая осталась без вожака. Невидимое противостояние Рыжей и Облезлого ввело стаю в полный хаос. Потерявшие контроль молодые волки постоянно грызлись между собой. Рыжая снова стала хозяйкой стаи, но смятение, наступившее с приходом Облезлого, унять было непросто.

Несколько раз Рыжая, пользуясь случаем, пыталась броситься на Облезлого, но тот ловко уходил от поединка и умело переводил губительное внимание на кого-нибудь другого. Обезумевшие от голода и гона самцы готовы были рвать самих себя и бросались на любого по поводу и без повода.

Но время шло. Рыжая оказалась на редкость терпеливой, и Облезлый прекрасно понимал, что обречен. К тому времени стая поредела настолько, что охота в открытых степях была невозможной, и лишь противостояние Рыжей и Облезлого гнало стаю все дальше в пустые и голодные равнины. Облезлый продолжал влиять на ситуацию, ибо знал, куда движется стая. Ветер все чаще будоражил обостренный до предела нюх стаи запахами дыма и овчины. Чаще стали попадаться останки павших животных, уже исклеванные воронами, но голодные волки были рады даже такой пище.

Волки обычно сторонятся тех мест, где живут люди, ибо где люди, там собаки и ружья. Эта стая уже не придерживалась никаких принципов. Отупевшие волки двигались к человеческому жилью в неумолимой жажде наконец-то утолить голод.

Места, куда пришла стая, для многих были знакомы. Когда то Матерый, отличавшийся умом и дерзостью, привел сплоченную и многочисленную стаю в эти места так же вопреки всем обычаям волков.