Флойд, могучий коричневый доберман, и так не мал размерами, а рядом со своей очень невысокого роста хозяйкой выглядит настоящим гигантом. Собака красивая, однако не слишком управляемая. Не знаю, как зовут чудака, под руководством которого изначально велась Флойдова дрессировка, но надеюсь, что потомства он после себя не оставит. Да он и сам, похоже, к размножению не стремится. По крайней мере, поступки его о том свидетельствуют. Сперва Флойда он растравил на рукав, а затем стал учить работе в пах. Посчитав, что нужный результат достигнут, решил устроить проверку, напав на Ларису, владелицу Флойда, из-за кустов. Но почему-то вздумал обойтись при действии из засады одним лишь рукавом. Склеротик, наверное. А Флойд оказался не настолько туп, чтобы кусать защищенную руку. Жаль, конечно, но вроде как ничего этому кандидату в книгу рекордов Дарвина не оторвал из того, что оторвать, безусловно, следовало бы.

Поначалу Флойда привезли ко мне на занятие по защите. А там присутствовал еще один добермашка, именем Бустер, которого я перед тем провел по полному курсу послушания. Бустер был во всех отношениях законченным доберманом. Так сказать, квинтэссенцией породы. Небольшой, великолепно физически развитый, неимоверно темпераментный и скоростной. Но зато как раз из того разряда природных явлений, что отлично иллюстрируют диалектический закон перехода количества в качество. То есть здесь уже отчетливо просматривалось превращение плоских костей черепа в одну большую трубчатую наряду с соответствующим изменением содержимого черепной коробочки. Один за другим осваивая навыки послушания, Бустер ни единого раза не прошел через этап понимания того, что он делает. Но поскольку хозяева старательно и не жалея времени занимались с ним, множественными повторами удавалось без особых ухищрений надежно вбивать все, что нужно, в их далеко не блистающую умом собаку. На том самом, не к ночи будь помянутом, условно-рефлекторном уровне. А немного позже Бустер изумительно освоил работу против человека: летел стрелой, при сближении выполнял несколько финтов и врубался полной пастью в пах или бедро, не получив от фигуранта не то что удара, а даже ни касания рукой или ногой.