К концу 1930-х гг. спаниели уже завоевали любовь россиян. Однако не все шло гладко. Небольшие, очень симпатичные собачки типа кокер неожиданно стали модными среди женщин, и спаниели оказались под угрозой превращения в комнатных собачек. Сразу началась некоторая декоративизация экстерьера: заметно снизился рост, шерсть приобрела волнистость и даже кудрявость. Это отметил и известный эксперт А. С. Тюльпанов, неоднократно в то время судивший спаниелей на выставках.

В то же время немногочисленные спаниели типа спрингер по-прежнему оставались в мужских руках, в большей степени использовались на охоте, сохраняя свой «рабочий» облик. Именно они впоследствии и оказали влияние на облик современного русского охотничьего спаниеля.

Вместе с тем кровь кокеров и спрингеров все больше смешивалась, продолжалась работа по созданию собаки небольшого роста, но относительно длинноногой. Потомков спаниелей разных пород, завезенных в Россию в конце позапрошлого века, старались максимально приспособить к охоте на российских болотах и заливных лугах.

Ленинградские спаниели по своей численности не уступали другим подружейным группам пород, история использования которых в России была намного более давней. На предвоенных выставках в Ленинграде экспонировалось от 30 до 33 спаниелей. Немалым в те годы было и поголовье этих собак в Москве и Свердловске (сегодняшнем Екатеринбурге).

В 1939 г. спаниелисты отметили десятилетие со дня первых полевых испытаний, итог которых был весьма обнадеживающим – 98 рабочих дипломов, что было совсем неплохо для формирующейся охотничьей породы.