К одноразмерному с Амазаром Ольдою мы подошли около полудня. Остановились, передохнули, поразмялись. Подзаправили себя и мотор — и снова в путь. И опять лодка стремительно скачет по горному Амуру из плотно состыкованных перекатов и плесов, стиснутых сопками справа и слева. Но эти горы все чаще раздвигаются, высокие берега от реки отдаляются, освобождая место для сел и сельскохозяйственных угодий, все больше от главного русла рукавами отсоединяются протоки, образуя острова. И вот уже лесисто-луговая пойма реки кое-где приличной ширины.

Мы в самых высоких широтах амурского русла — 53 «с хвостиком» градуса Северного полушария. Параллель Командоров и Алеутских островов. Почти 1,5 тысячи километров по прямой до Охотского моря. И потому здесь, рядом со Сковородином, еще чувствуется холодное дыхание Сибири. Но все заметнее склоняется Амур к югу. По берегам то и дело к примелькавшимся лиственницам, соснам и березам подсоединяются дубки, ясени и даже липы… За большой деревней Джалиндой — горы нашего берега отдаляются, сглаживаются, перерождаются в плато, с них доносится теплый, пропитанный запахами хвои, листьев и луговых трав очень свежий воздух.

Долина здесь расширилась до нескольких километров, река заметно стихает, ее русло то и дело выписывает замысловатые большие и малые кренделя. На Черпельских и Кайкуканском кривунах Амур течет сначала полуоборотом в одну сторону, затем очерчивает чуть ли не полный круг в другую… Солнце вот только что било в лоб, теперь же оно за кормой, а через несколько минут его «заворачивает» дальше, дальше… И уже греет оно левое плечо, хотя еще не остыло правое… Где-то впереди будет знаменитый Корсаковский кривун с двумя почти слипшимися огромными петлями.

Здесь много примечательного. Вот, например, громадными башнями средневекового замка надвинулись высокие скалы «Два брата», размером почти с гигантский буреинский «Собор», там берег высок, тверд и отвесен, а за ним — вроде бы гранитные орудийные редуты по плавному овалу безымянной горы…